+26 +24.2

НКВД, блатные и несколько килограммов золота

О городе 30-х годов прошлого века в воспоминаниях очевидца

Продолжение. Начало в №24, 25

Мы не так много знаем о Феодосии 30-х, периоде между окончанием гражданской войны и знаковым для историков 1937 годом. Преподаватель игры на фортепиано из Канады Рада Бухман предоставила нам для публикации страницы мемуаров своего отца Геннадия Хариби, которые касаются времени его пребывания в Феодосии с лета 1932 года по февраль 1936 года. Сюда Гена приехал вместе с семьей пятилетним мальчиком, уехал восьмилетним, но свои яркие воспоминания он написал уже в 2010 году в Израиле. В них Г.Хариби подробно описывает быт нашего города и его окрестностей, нравы жителей и отдыхающих.

«Правда» и «Известия»

Читать бегло я научился к шести годам. Первой книгой была «Бобкин день» английского писателя. Сюжет ее в том, что могла бы рассказать собака о своем дне, расписанном по часам и минутам, если бы умела говорить. Любил я читать газеты. Что я понимал там, не имело значения, но я еще был главным поставщиком газет «Правда» и «Известия». Каждое утро я отправлялся к газетному киоску. У киоска всегда была очередь. Как-то получалось, что впереди меня или за мной вставал высокого роста поп. Этот контраст стоящие в очереди заметили и по-доброму подшучивали.

Наша квартира была маленькой и не очень удобной. Посередине комнаты стояла печка-буржуйка, которая топилась дровами. Кроме того, дом находился не в центральной части города, а ближе к окраине, в гористой части, что было неудобно для различных деловых встреч, которые случались у папы в Феодосии в осенне-зимний период.

Греческая и Итальянская

Вдоль забора собирались компании, пили, горланили песни. Очень часто раздавалась знаменитая русская «Шумел камыш». Через некоторое время мы переехали в центральную часть города, на улицу Греческая, 10.

Там был одноэтажный каменный дом с высоким цоколем и высокими же окнами. Недалеко проходила знаменитая Итальянская улица, которая шла вдоль набережной.

В 1985 году я с дочкой Радой посетил Феодосию. Греческую улицу не нашел, зато Итальянская улица сохранилась, и мы с волнением прошли по ней.

Наша квартира на Греческой улице была двухкомнатная, причем комнаты большой площади. Одна — 50 квадратных метров, другая — 30. Не очень уютная, она не отличалась удобствами, мебелью. Стояли те же шкафы с книгами. В большой комнате оставалось еще много места. Мы с братом поставили там бильярд с железными шарами и стол для настольного тенниса. В этой комнате собиралось много детворы разных национальностей: татары, армяне, турки, греки, русские и евреи. Настоящий интернационал. Родители были неприхотливы и не возражали против такого сборища.

Школа и море

Осенью 1935 года я пошел в первый класс. Учиться я очень любил. Отличался усердием и исполнительностью. Очень трудно мне давалось чистописание. Часто ставил кляксы, неудачно выводил буквы. Листы из тетради беспощадно вырывал и снова повторял задание. Подчас по нескольку раз, доходя до хорошего уровня. Был в школе и урок труда. Не нашли ничего лучшего, как учить нас, мальчиков, вышиванию. Несмотря на протесты против девичьего дела, пришлось научиться вышиванию, а затем даже соревновались, у кого интереснее вышивка.

В свободное от школы время мы ватагой ребят купались в море, в местах, запрещенных для купания. Это был акваторий между молом, забетонированным высоким берегом моря и портом. В глубине акватории на якоре болталась на волнах огромная бочка, к которой подходили корабли. Что-то там проверяли. Вот к этой бочке мы и стремились доплыть, когда отсутствовали суда. Но по акватории также сновали катера, потому там плавать было довольно опасно. Еще одно место нас притягивало — четырехэтажная вышка, которая стояла в порту, и с самой ее верхушки моряки прыгали ласточкой в море. Подобные прыжки у нас, мальчишек, вызывали восхищение, и нам, разумеется, очень хотелось научиться так прыгать. Конечно, мы стремились доплыть до вышки, незаметно для охраны подняться по ступенькам, забраться на первый этаж, разбежаться и прыгнуть солдатиком в море. Несколько раз удавалось проделать такую операцию.

Вышка и башни

Однажды с мола мы прыгнули в воду и устремились к вышке. Доплыв до нее, мы увидели, что нас ждет охрана. Повернули назад, добрались до мола, залезли на него и обнаружили, что нашей одежды нет. Мы пошли к проходной в порт, стали просить охрану отдать одежду. Охранники притворились, что ничего не знают, и пригрозили нам, что отведут нас в милицию. Несолоно хлебавши, мы повернули назад и возвратились домой без одежды и сандалий. Дома получили нагоняй, и на этом прыганье с вышки закончилось. Однако с мола мы продолжали нырять, оставляя охранять вещи кого-нибудь своего. Как только из порта выходила охрана, раздавался крик: «Атас». Скорей из моря и бежать. У мола было глубоко, и мы ныряли, пытаясь достать дно и обшарить его. Иногда эти попытки увенчивались успехом. Находили каски, ржавые ружья, сабли, пики времен Гражданской войны. Когда мы ходили в походы за город, мы вооружались найденным и представляли собой «грозную» силу. Любимым занятием было лазание на генуэзские башни. В них мы устраивали игры, особенно в прятки или во взятие крепости. Разделившись на две группы и вооружившись до зубов, штурмовали крепость.

Блатные и золото

Однажды в нашем районе появился «Форпост» — детский клуб со спортивной площадкой. Стали ходить в клуб, играть в настольный теннис, бильярд, шахматы, шашки, крокет и волейбол. В «Форпост» любили приходить блатные, которых в эти годы в Феодосии было очень много, также как беспризорных детей. Руководитель клуба, молодая, красивая и обаятельная девушка, не прогоняла их. Они вели себя в клубе нормально. К нам относились по-доброму.

Блатные проводили время в игре на бильярде или играли в настольный теннис. Один из них, красивый молодой парень, стал ухаживать за руководительницей клуба. Роман развивался бурно, на глазах у всей детворы, посещающей клуб. Девушка, воспользовавшись возникшим обстоятельством, стала потихоньку отрывать парня от блатной компании. Он стал много времени проводить в клубе, гулять с девушкой. Однажды его увезли в больницу, сильно порезанного дружками. Потом мы узнали, что у блатных была тайна.

Однажды они залезли на чердак заброшенной церкви, заваленный различным хламом. Копаясь в нем, ребята нашли несколько килограммов золота. До поры до времени компания притаилась и не устанавливала связь с ювелирами, зная, что НКВД постоянно рыскает в поисках золота и следит за ювелирами. Мы слышали разные истории, как агенты НКВД раскапывают богатые могилы в поисках драгоценного металла. Золото нужно было стране в большом количестве для закупки оборудования за границей. Парень посвятил в свою тайну девушку, а та убедила парня пойти в НКВД и заявить. Так он и сделал, показав место хранения золота. Парня наградили. В отместку за это его прежние дружки попытались его убить, но он выжил.

Затем папа забрал его в санаторий, подальше от глаз и для восстановления здоровья. Парень оказался компанейским человеком. Любил с нами возиться. Однажды в санатории появилась блатная компания. Она рыскала по санаторию в поисках предателя. Мы парня быстро спрятали в одном из подвалов, а папа стал убеждать парней, что слыхом не слыхивал о человеке, которого они искали. И еще что-то им наговорил, расположив к себе. Как-то удалось убедить их. Потом мы узнали, что они искали его по всем окрестностям Феодосии. Как только парень восстановился, он уехал, и больше мы его не видели.

Окончание в следующем номере

Фео.РФ
Подпишись на газету Фео.РФ



Только до 30.09 электронная версия за 50 руб в месяц газета.фео.рф.
Все новости без рекламы + PDF версия раньше чем в продаже.
Задать вопрос главному редактору можно здесь

Сегодня читают:

Помощь